Skip to content Skip to footer
Поиск

Загрузка результатов

Тимур Бекмамбетов

timur bekmambetov

Тимур Бекмамбетов, продюсер, режиссер, инвестор

Рынок кино никогда не будет таким, как прежде. Я имею в виду, что никогда больше не будет такого роста, который наблюдался ранее. Роль кинотеатрального показа заметно снижается. И это связано не с пандемией коронавируса, а с тем, что кино как формат нарратива стало нерелевантным для современного человека.

Цифровая жизнь

Если вы вспомните свои ощущения как зрителя от просмотра последних фильмов, скорее всего, они выражались как «опять эти комиксы», «опять этот артхаус» или «опять этот режиссер снимает одно и то же». Ощущение того, что ничего не происходит и развитие остановилось, не покидает нас с конца 1990-х – начала 2000-х годов. Это связано с тем, что за последние двадцать лет мы все больше и больше времени стали проводить в цифровом, а не в физическом мире. В нем мы общаемся, зарабатываем деньги и теряем их, реализуем себя. Традиционное кино не в состоянии рассказать про эту значительную часть нашей жизни.

Осознав это, с 2012 года я стал заниматься скринлайфом* как новым языком кино. В этом формате нас не интересует происходящее в физическом мире, а интересует, как герои себя проявляют в мире цифровом: как они проводят время, взаимодействуют друг с другом, решают задачи и справляются с болями, которые у них, опять же, совершенно иные, чем в физическом мире. Почти десять лет мы планомерно разрабатываем тематику, язык рассказа, пытаемся понять, как мы изменились. Начали мы с фильма ужасов – «Убрать из друзей» (Unfriended, 2015). Он собрал в прокате свыше 65 млн долл. США при бюджете в 1 млн долл., а недавно вошёл в топ-10 на американском Netflix. Затем были триллер «Поиск», собравший в мировом прокате ещё больше – 75 млн долл. США при аналогичном бюджете, и политическая драма «Профиль», взявшая приз на Берлинском кинофестивале. Летом этого года мы подписали сделку со студией Universal на производство сразу пяти фильмов в скринлайф-формате.

Также я основал технологический стартап Screenlife Limited, который занимается разработкой технологий, инструментария и методологии для того, чтобы рассказывать про проявления человеческого духа в электронном пространстве по аналогии с тем, как когда-то были придуманы кинокамеры и кинетоскоп Эдисона для фиксации событий в физическом мире.

Мне кажется, что у этого формата огромный потенциал. Если я, как наверняка и многие читатели этого исследования, провожу половину времени в цифре, то, соответственно, и половина всего контента должна так или иначе рассказывать про эту часть жизни. Сейчас контента в формате скринлайф, наверное, меньше процента, а должно быть 50%, поэтому в ближайшие несколько лет можно ожидать рост числа производителей такого типа контента в геометрической прогрессии.

Думаю, что следующие глобальные изменения произойдут через 10–15 лет, когда привычные нам экраны и интерфейсы исчезнут и информация будет передаваться напрямую в мозг. Тогда появятся новые актуальные форматы.

Конечно, традиционное кино никуда не денется. Кинотеатры останутся, как в свое время театры, просто они перестали быть единственной и самой современной формой нарратива. Объем рынка, если и снизится, то незначительно. Слишком большие деньги вовлечены в этот сегмент индустрии, поэтому обязательно будет придуман способ, как рынок поддерживать.

Кино в телефоне

У нас есть проект платформы вертикального видео ONGO, основанный на моем патенте вертикализации контента. Он родился из понимания того, что аудитория потребляет все больше контента с мобильных устройств, при этом телефоны неудобно держать горизонтально. Это алгоритм, программа, которую дистрибьютор поставляет потребителю вместе с горизонтальным контентом, и она «разворачивает» изображение на стороне клиента. Алгоритм вырезает необходимую часть экрана, и это, несомненно, процесс творческий. Он реализуется человеком – монтажером, автором адаптации, но при помощи большого количества технологических решений и искусственного интеллекта.

При этом то, что демонстрируется на экране, должно быть релевантным по содержанию. Нельзя, например, просто уместить блокбастер в телефон. Это должен быть контент другого плана, выросший из телефона.

У нас уже есть успешные кейсы вертикального контента. Например, в ноябре в социальной сети Snapchat у нас выходит второй сезон сериала Dead of Night, где рассказывается про зомби-апокалипсис с помощью мобильных телефонов. Проект собрал в США свыше 14 млн просмотров в первый месяц релиза.

Вместе в Samsung и платформой Okko мы выпустили мини-сериал в вертикальном формате «Взаперти», снятый на один из телефонов бренда. Он оказался неожиданно успешнее многих полноценных сериалов, снятых способом традиционного кино. В следующем году к релизу готовятся два полнометражных фильма, которые мы делаем совместно с МТС Медиа. Они выйдут как в традиционном формате для кинотеатров, так и в вертикальной версии – для мобильных телефонов. Это блокбастер про подвиг летчика Девятаева «ФАУ. Побег из ада» и остросюжетный подростковый триллер «Хочу в игру».

Еще одной из актуальных технологий является кликабельность контента. Когда вы общаетесь по Zoom, вы можете, продолжая общаться через экран, параллельно зайти и посмотреть почту. Так и в скринлайф-контенте вы можете погрузиться в цифровую жизнь героя, изучить его экран.

Новые лица

Мы пробуем организовать процесс финансирования, создания и дистрибуции контента по-новому. Грубо говоря, чтобы на смену системе мейджоров пришел открытый процесс. Наше DreamApp-шоу – это нечто среднее между классическим бизнес-реалити SharkTank и краудфандингом. Авторы, желающие реализовать свои проекты, выступают с короткими презентациями перед инвесторами. Каждые десять минут – новый проект. Эта инициатива позволяет большому количеству людей научиться продавать свои проекты, а в лучшем случае действительно получить инвестиции на реализацию задумок.

Режиссер на удаленке

С прошлого года мы работаем вместо с Microsoft. Они предоставляют нам облачные технологии Azure для размещения интерактивных скринлайф-фильмов, а также помогают построить opensource-площадку, чтобы код скринлайф-инструментов производился тысячами программистов и этот формат мог быстро развиваться, став массовым.

В рамках нашего партнерства мы адаптировали процесс видеопроизводства для съемок в дистанционном формате на период пандемии, используя сервис Teams. Например, сцены фильма «ФАУ. Побег из ада» снимались в Санкт-Петербурге в павильоне «Ленфильма», а я при этом находился в Казани. Вообще процесс удаления режиссера от камеры и объекта съемки начался еще в 1990-е годы, когда была придумана система видеоконтроля и режиссер мог разместиться перед монитором. До этого необходимо было стоять непосредственно возле камеры или же снимать самому. Затем режиссер отходил дальше, насколько хватало кабеля, и говорил команды уже через микрофон. А сейчас мы смогли отдалить режиссера за тысячи километров. Передо мной в Казани было четыре монитора, я получал качественный сигнал и видел все, что происходит и в камере, и рядом с камерой. И мог разговаривать с актерами.

Эту технологию мы активно использовали в разгар пандемии при съемке рекламных роликов, когда представители бренда и рекламного агентства работали каждый из своего дома, съемочная группа находилась в третьем месте, а режиссер в четвертом. И взаимодействие через Teams было единственным способом продолжать рабочий процесс.

Борьба за контент

Ситуация контентной «гонки вооружений» между онлайн-платформами очень напоминает 1990-е годы в России, когда появились финансовые пирамиды. Главным принципом было привлечение новых участников. Гонку рекламных бюджетов было не остановить, ведь каждый вложенный рубль оборачивался новыми инвесторами. А сейчас – новыми подписчиками. Я не экономист, но у меня есть очень точное, как мне кажется, наблюдение. Если онлайн-кинотеатры не раскрывают количество просмотров – значит оно маленькое. Либо же они не хотят создавать прецеденты, чтобы успех или неудача нового контента влияла на стоимость их акций.

Практически все онлайн-кинотеатры постепенно отказываются от pay-per-view и переходят к подписной модели. А набор подписчиков нужен для того, чтобы впоследствии перепродать бизнес. Думаю, что где-то есть точка, после которой подписчики «закончатся», и дальше инвестировать будет не так интересно, потому что не будет сверхприбылей. Скорее всего, это приведет к тому, что пирамиды «схлопнутся» и останется несколько крупных игроков, возможно, площадки-агрегаторы.

На продюсерах это тоже отразится, но у тех, кто производит востребованный контент, все будет хорошо.

* Скринлайф – это формат кино, где действие полностью разворачивается на экране гаджета: смартфона, ноутбука и др.

Контакты

Фарид Илишкин

Фарид Илишкин

Партнер, руководитель практики сопровождения сделок, руководитель группы оценки и экономического анализа, PwC в России

Тел: +7 (495) 967 6000 (доб. 6061)

Мы в социальных сетях